Machon Hasharon - Russian

Д-р Марк Ройтман

Д-р Марк Ройтман

Психиатр, психотерапевт,

сексопатолог, гипнотерапевт

Вторник, 07 Май 2013 05:05

Лекарство от измены

 

Вопрос:

 

Мы с мужем инженеры программисты и учимся на вторую степень. Совсем недавно обнаружилось, что у моего мужа был роман с женой его друга. До последнего времени мы встречались все вместе, и я ничего не подозревала.

 

Это открытие меня просто подкосило. Я чувствую себя обманутой дурой, над которой все посмеиваются. Я стала злой, нервной, плачу по любому поводу и без повода. Хочу им всем отомстить, требую развода. Мой муж меня уверяет, что он меня любит, и что роман был несерьезным.

 

Мой участковый врач рекомендует попринимать Прозак пока все наладится. Я слышала, что когда начинают принимать Прозак - это на всю жизнь, поэтому не могу решиться. Доктор, объясните мне, пожалуйста, в каких случаях и как долго надо принимать Прозак?
 

Ответ:

dr. Roitman

 

Отвечает Марк Ройтман,
психиатр и психотерапевт

 

Прочитав ваше письмо, я вовсе не уверен, что вы должны принимать Прозак, или какой либо другой антидепрессант. Несмотря на то, что я знаю вас только по нескольким строкам вашего письма, могу сказать, что лишь в редких случаях острая реакция на травму требует лекарственного лечения.

 

Я думаю, что в вашем случае вам гораздо больше поможет индивидуальная, семейная или комбинированная индивидуальная и семейная консультация психотерапевта.

 

Вместе с тем, есть случаи, в которых травматические ситуации, такие как измена, потеря близких, финансовый крах, серьезная ошибка, приведшая к тяжелым последствиям, могут послужить толчком для развития клинической депрессии.

 

Обычно, в таких случаях депрессия развивается у людей склонных к депрессии, или уже перенесших депрессию в прошлом. Это совсем другая ситуация, в которой лекарственное лечение может быть необходимым.

 

Дифференциальный диагноз между острой реакцией на стресс и клинической депрессией может провести только опытный психиатр, так как внешне эти два состояния могут быть очень схожи.

 

Только после тщательного обследования у психиатра можно решить, нужны лекарства, или – нет.

 

Симптомами клинической депрессии, требующей лекарственного лечения, являются:

 

- ощущение постоянной, глубокой грусти, по крайней мере, в течение двух недель без облегчения

- невозможность получения удовольствия ни от какого вида деятельности

- трудность сконцентрироваться

- нарушения сна

- изменение аппетита - понижение или повышение.

- повышение или понижение веса      

- отсутствие энергии

- ощущение безвыходности и безнадежности.

- ощущение собственной неполноценности

- чувство вины

- мысли о смерти.

 

В тяжелых случаях могут появиться бредовые идеи, типа: "Мое тело постепенно гниет" или "Я самый страшный грешник в мире и мои грехи невозможно простить".

 

Психиатр, для того, чтобы принять решение о необходимости лекарственного лечения должен взять в расчет клиническую картину, физическое состояние, личную и семейную историю, наличие или отсутствие поддержки со стороны семьи, друзей, опасность нанесения себе прямого или косвенного вреда и еще много других факторов, влияющих на клиническую картину и исход депрессии.

 

В случаях первого эпизода клинической депрессии лекарственное лечение продолжается 6-12 месяцев, после того как депрессивное состояние прошло.

 

В случае повторной депрессии или первого эпизода, проявившегося после возраста 50-ти лет, необходимо постоянно принимать лекарство. Сочетание лекарственного лечения и психотерапии способны предотвратить повторные эпизоды депрессии.

 

Вернемся к вашему случаю. Острые кризисные ситуации, как та, которую вы описываете, обычно не нуждаются в лекарственном лечении. Поддержка семьи, друзей, внутренние душевные ресурсы, наконец, время помогают преодолеть кризис.

 

Профессиональная консультация, психотерапия, могут помочь избежать в будущем ситуаций, приводящих вас в состояние кризиса и депрессивной декомпенсации.


 

1999-2003

 

Все права сохранены за Институтом "А-Шарон".

 

Вторник, 07 Май 2013 04:59

Любовь и секреты

 

Вопрос:

 

Мне 25 лет, а моему другу Мише - 28. Мы встречаемся уже год и мечтаем создать семью. Мы считаем, что в настоящей любви не должно быть секретов. Миша мне рассказал все о себе.

 

Ему было 6 лет, когда его семья репатриировалась в Израиль. Он окончил школу, служил в армии, учился и работал, и теперь он со своим братом открыли фирму по ремонту электронного оборудования.

 

Еще в школе он был влюблен в свою одноклассницу. Они встречались несколько лет. С ней у него впервые был половой контакт. Ему было тогда уже 20 лет. Они продолжали встречаться и после армии, но так получилось, что она оставила его и вышла замуж за парня на 3 года старше себя.

 

Сегодня у нее уже двое детей. Я знаю, что Миша сильно переживал, но, в конце концов, успокоился и даже поддерживает приятельские отношения со своей бывшей подругой и ее мужем.

 

У меня жизнь сложилась совсем по-другому. Мне было 15 лет, когда мы приехали в Израиль. Мои родители, отец, инженер, мать, учитель, работали на тяжелых физических работах, и им было не до меня. Мы жили не в самом лучшем районе, и я себя чувствовала чужой и не принятой своими сверстниками в школе.

 

 

Я очень рано созрела физически, и ребята из старших классов обращали на меня внимание еще в Москве. В Израиле я была, чуть ли не единственной настоящей блондинкой в школе.

 

Мне льстило, что взрослые парни приезжали за мной в школу на роскошных, как мне тогда казалось, машинах и брали меня в дискотеки, куда не пускали моих сверстников.

 

Я начала активную половую жизнь с взрослыми мужчинами, когда мои сверстницы в школе еще влюблялись в прыщавых мальчишек. Я была горда собой и мстила этим своим сверстницам, которые мне завидовали и не любили меня.

 

Я хорошо окончила школу, и в армии была офицером. Там я тоже не обращала внимания на своих сверстников и встречалась с взрослыми, обычно женатыми мужчинами.

 

Только познакомившись с Мишей, я поняла, что такое настоящая любовь. С тех пор как мы вместе, меня перестали интересовать другие мужчины, и я себе даже не могу представить, что я когда-либо смогу ему изменить. 

 

Я чувствовала, что если я ему не расскажу все о себе, и он узнает о моих похождениях от других, это его сильно ранит и пошатнет взаимное доверие.

 

Миша слушал мои рассказы с интересом, спрашивал мельчайшие подробности про каждого мужчину, с которым я встречалась, даже если это была одноразовая встреча. Его интересовало все. В каких позах, сколько времени, был ли оральный и анальный секс, какого размера член и достигла ли я оргазма и сколько раз.

 

Последнее время он заводит разговор о моих бывших партнерах каждый раз, когда мы вместе. Он уже знает их всех, из моих рассказов, конечно.

 

Есть события, которые я уже не помню, но Миша не успокаивается, пока я ему не опишу все подробности. Мне приходится даже выдумывать ситуации, лишь бы успокоить его.

 

Мои рассказы сильно возбуждают Мишу и обычно заканчиваются бурным половым актом. После того, что он кончает, он становится грустным, почти не разговаривает. Я его спрашивала, сердится ли он на меня, но он это полностью отрицает.

 

Были случаи, когда мы ссорились, и тогда он меня называл проституткой. Он заявлял, что не может мне доверять и что не может быть, что я не изменяю ему.

 

Я его убеждаю, что кроме него меня никто не интересует, но он продолжает расспрашивать меня о связях, которых никогда не было.

 

Я не думала, что мои рассказы произведут на него такое сильное впечатление. Для меня это был довольно грустный период жизни.

 

Лишь теперь я понимаю, как дорого я платила за свое самоутверждение. Посоветуйте мне, как вернуть его доверие, как доказать Мише, что он моя первая настоящая любовь.

 

Света

 

Ответ:

dr. Roitman

 

Отвечает Марк Ройтман,
психиатр и психотерапевт

 

К сожалению, Света, я должен вас огорчить. Мне кажется, что вы с Мишей допустили серьезную ошибку с самого начала вашей дружбы.

 

Очевидно, ослепленные взаимной любовью, вы перепутали стремление быть искренними в ваших отношениях с потребностью разобраться, понять, в конце концов, "исповедоваться" в своих отношениях с предыдущими партнерами.

 

Потребность разобраться в себе и в своем прошлом понятна, но помочь вам в этом должен квалифицированный психотерапевт, а не будущий супруг.

 

Нагрузив вашу, еще не проверенную жизнью любовь, всеми образами, конфликтами и переживаниями из ваших прежних отношений, вы ставите ваши отношения с Мишей в большую опасность.

 

Вместо уверенности в себе и своем партнере, уверенности, так необходимой для развития здоровой семьи, каждый из вас привел с собой и выстроил перед своим партнером целую галерею своих бывших любовников.

 

Несомненно, это вызывает у вас обоих целый ряд сильных ощущений - от острого полового возбуждения до приступов ревности, недоверия и отчаяния.

 

Я не знаю, удастся ли вам восстановить взаимное доверие, но я надеюсь, что ваша история послужит уроком другим молодым парам и предотвратит их от повторения вашей ошибки.

 

1999-2003

 

Все права сохранены за Институтом "А-Шарон".

 

Вторник, 07 Май 2013 04:55

Любовь и слезы

 

Вопрос:

 

Мне 29 лет. Я работаю программистом. Все окружающие считают меня красавицей и талантом. Я знаю, что это так, но глубоко внутри я этого не чувствую. Два года назад, когда мой друг, с которым мы встречались год, решил порвать со мной отношения, я была в страшной депрессии.

 

Я хотела умереть, не ела, не спала, не умывалась, не могла заставить себя встать с кровати. Подруга заставила меня пойти к психиатру. Он мне дал таблетки, и постепенно я встала на ноги.

 

Я прекрасно понимаю, что друг оставил меня потому, что не мог вынести мой характер. Например, я десятки раз в день звонила ему.

 

Каждый раз, у меня были к нему какие-то претензии, например: "Почему ты мне не позвонил?". Он постоянно передо мной оправдывался: "Мы же полчаса назад говорили!", "Я был у начальника" или что-то в этом роде.

 

Это меня успокаивало на некоторое время, но вскоре я вновь чувствовала какое-то беспокойство и потребность подтверждения его любви ко мне. Если мы договаривались о встрече, и он, хоть немного опаздывал, он находил меня в слезах, и я долго старалась показать ему, что я на него сержусь.

 

Я расспрашивала его обо всех женщинах, которые с ним работают, что бы по его тону почувствовать симпатизирует ли он кому-то из них. В конце концов, он не выдержал такого давления, послал мне длинное письмо и больше не хотел меня видеть, несмотря на все мои попытки возобновить отношения.

 

Как я уже писала, полгода я провалялась в депрессии. Я все еще принимаю таблетки, чувствую себя хорошо и уже два месяца встречаюсь с очень интересным мужчиной, своим коллегой, занимающим высокий пост в другой фирме.

 

Сначала все было прекрасно. Пока он за мной ухаживал, я была на "седьмом небе". Постепенно я опять становлюсь нервной и напряженной. Я хочу, чтобы он мне все время повторял, что он меня любит.

 

Когда мы в компании, и он говорит со своими друзьями, или еще хуже, с женщинами, у меня ощущение как будто меня забыли, и я вот-вот исчезну вообще.

 

Его мобильный телефон почти всегда выключен из-за его работы. Если он мне не звонит целый день, у меня стоит ком в груди, я хожу заплаканная, злая, чувствую надвигающуюся катастрофу. Когда он, наконец, звонит, я опять себя чувствую счастливой и достойной любви.

 

Я прекрасно понимаю, что то, что он мне не звонит, каждые пять минут и не объясняется в любви, не значит, что он меня не любит. В конце концов, мы оба взрослые, занятые люди. Но то, что я это понимаю, мне абсолютно не помогает. Я боюсь, что мое поведение приведет к тому, что я его потеряю.

 

 

С другой стороны, я думаю, что это вполне нормально ожидать от мужчины, который меня любит, проявления каких- то признаков и доказательств этой любви.

 

Как видите, я совсем запуталась. Помогите мне разобраться в себе и в своих отношениях с мужчинами.

 

С уважением, Светлана.

 

Ответ:

dr. Roitman

 

Отвечает Марк Ройтман,
психиатр и психотерапевт

 

Уважаемая Светлана, представляю себе, каких душевных сил потребовалось вам, чтобы так открыто и четко, описать свою боль и разочарование. Ваш интеллект и способность взглянуть на себя со стороны, несомненно, помогут вам воспользоваться моими комментариями на ваш рассказ.

 

"Краткая история" ваших отношений, эмоций и болезни ярко освещает связь между характером человека, его поведением и клиническим психиатрическим синдромом, в вашем случае депрессией.

 

Вы пишите о себе как о человеке, не ощущающем и не ценящем изнутри своей красоты, своих профессиональных достоинств, в конце концов, своей способности быть объектом любви.

 

Вам постоянно нужно подтверждение извне, чтобы эти достоинства ощутить. Казалось бы, вы делаете все, что чтобы это подтверждение получить. Но ваше подсознание вас подводит. Своим поведением, не желая того, вы отталкиваете мужчин, а может быть и не только мужчин, которых смогли привлечь своей красотой и интеллектом.

 

В результате вы вновь и вновь чувствуете себя нелюбимой, некрасивой, недостойной любви тех, кого вы любите.

 

Следующий этап этого процесса - развитие клинической депрессии. Даже если лекарственное лечение предотвратит развитие депрессии, что, кстати, совсем немаловажно, оно не меняет ваш характер, не заполняет той пустоты, которую вы ощущаете, ожидая телефона от вашего друга.

 

Ваша жизнь будет постоянно вращаться вокруг любви, которая превращается в зависимость и приводит, в конце концов, к одиночеству и тоске.

 

Вряд ли уверенный в себе, самостоятельный мужчина сможет надолго удержаться в связи с вами, а к слабому, склонному к зависимости мужчине вы сами не почувствуете влечения.

 

Чтобы выйти из этого заколдованного круга, необходимо сочетание медикаментозного лечения с психотерапией.

 

В процессе психотерапии появляется возможность выявить и изменить те подсознательные факторы, которые так разрушительно влияют на вашу личную жизнь и на ваше здоровье. На языке вашей профессии, перепрограммироваться.

 

Желательно, чтобы тот же врач, который лечит вас медикаментозно, проводил с вами психотерапию. Это всегда предпочтительнее разделения между разными специалистами.

 

1999-2003

 

Все права сохранены за Институтом "А-Шарон".

 

 

Вопрос:

 

Уважаемый доктор Ройтман! Всегда с интересом читаю ваши ответы на письма читателей. Долго собиралась с духом, чтобы самой задать вопрос.

 

Нам с мужем по 35 лет. Оба с высшим образованием. Муж программист, я - социальный работник. Приехали в Израиль более семи лет назад. Оба работаем по специальности, материально обеспечены. Мы с мужем живём дружно, много читаем, у нас немало общих интересов и нам хорошо вдвоём.

 

Проблема возникла в связи с единственной дочерью, которой недавно исполнилось 13 лет. Ещё два года назад это была хорошая, послушная девочка. Она прекрасно училась, и мы гордились ею. Но год назад стали замечать, что дочка очень изменилась. Она стала хуже учиться, скрывает от нас свои отметки.

 

Мы перевели её в другую школу, которая славится в нашем городе более серьёзным подходом к обучению.

 

К тому же нам не слишком нравились подружки дочери в прежней школе - девочки-израильтянки из приличных семей, но с поразительно скудными интересами.

 

Их не волнует учёба, они ничего не читают, а только целыми днями слушают музыку и обсуждают новые видео клипы Бритни Спирс. К сожалению, на них стала похожа и наша дочь.

 

Вот уже год она учится в другой школе, но в её поведении ничего не изменилось. Она по-прежнему скрывает свои отметки (они становятся всё хуже и хуже). Но самое главное, если раньше это её волновало, то теперь - нет.

 

Целыми днями она проводит у телевизора, ничего не читает, ничем не интересуется. Уроки делает в течение десяти - пятнадцати минут, без усилий и без интереса.

 

Недавно мы ездили во Францию, нас с мужем там всё интересовало - и музеи, и прекрасная природа. Дочка же ходила всюду с безразличным выражением лица, экскурсовода не слушала, ничего не старалась запомнить и при каждой возможности заваливалась спать.

 

Я, признаться, во всём виню себя. Два года назад я сменила работу, и теперь мне часто приходится задерживаться допоздна. Я возвращаюсь домой в девять-десять часов вечера, успеваю только спросить дочку, как дела в школе, почитать ей на ночь, не успеваю оглянуться - уже пора идти спать.

 

Может быть, я должна контролировать каждый её шаг - выполнение уроков, чтение книг, общение с друзьями? Может быть, не стоит так безоговорочно доверять ей, особенно когда дело касается отметок?

 

У нас в семье не принято наказывать ребенка. Мы никогда не кричим на неё, стараемся объяснить, что с таким безразличием и с такой плохой учёбой у неё нет будущего. Дочка выслушивает нас с тем же безразличным выражением лица, и... всё остаётся по-прежнему. Мы ожидаем большего от нашей дочери!

 

Доктор, подскажите, что делать, как быть в такой ситуации?

 

Л.С., Герцлия.

 

Ответ:

dr. Roitman

 

Отвечает Марк Ройтман,
психиатр и психотерапевт

 

Из вашего письма можно заключить, что вы с мужем очень интеллигентные и требовательные к себе люди. Вы оба преуспели в своей карьере, а главное, ваши взаимные отношения построены на настоящей дружбе, уважении и общих интересах.

 

Создаётся впечатление, что ваши успехи в жизни дают вам повод полагать, что ваш путь является единственно верным, особенно по отношению к вашей 13-ти летней дочери.

 

Вы пишите, что год назад вы стали замечать, что дочка изменилась. Как же может быть иначе. Начало переходного возраста у подростка и, особенно у девочки сопровождается резкими физическими и психологическими изменениями.

 

Ребёнок ищет друзей и кумиров, с которыми он временно идентифицируется. Его социальный статус определяется отношением к нему его сверстников. Впервые в жизни друзья становятся, хоть и временно, но важнее родителей. Ребёнок, как вы пишите, становится "непослушным".

 

Чрезмерная критика родителей, санкции и наказания, могут вызвать у ребёнка обратную реакцию. Ребёнок, чувствующий, что родители им не довольны, может просто "опустить руки" и перестать стараться хоть в чём-то угодить родителям.

 

В других случаях он открыто действует "назло" родителям и, конечно, во вред себе. Иногда ребёнок так боится критики и наказания или просто недовольства родителей, что он прибегает к обману.

 

Родители в этот период должны быть особенно чувствительны к ребёнку. Даже если его поведение абсолютно неприемлемо для них, реакция родителей не должна содержать в себе унижения, отвращения, угрозы прекращения отношений типа: " Мы с тобой не разговариваем".

 

Гораздо продуктивнее замечать и хвалить ребёнка за его, даже маленькие, успехи. Естественно, что то, что ваша дочка считает успехом, может для вас не иметь никакого значения. Например: её подруги считают, что она хорошо танцует или за ней ухаживает самый красивый мальчик в классе.  

 

Что бы понять внутренний мир 13-ти летней дочки, надо уделять ей немало времени, причём это не всегда время, которое вы для этого выделили. Иногда, вы нужны ей срочно, а через час уже не нужны.

 

Если ваше общение с ней заключается в проверке оценок и уроков, то возможно, у неё создалось впечатление, что вы её не понимаете, и она ограждает себя от вас стеной равнодушия.

 

Разве можно ожидать от девочки 13-ти лет интересоваться тем же, чем интересуются её 35-тилетние родители, даже если это такие универсальные ценности, как картины Лувра или природа Прованса.

 

Попробуйте, например, послушать вместе с ней клипы Бритни Спирс, раз она их любит, или поболтайте с ней о её подружках или учителях...

 

Подростковый возраст, который только начинает ваша дочь, в современном обществе продолжается до 25-ти, а то и 30-ти лет. За эти годы вам придётся ещё не раз переживать за вашу дочь, спорить между собой и с ней, принимать самим и помогать ей, принимать нелёгкие решения.

 

Я уверен, что вы с мужем найдёте путь к сердцу вашей дочери. Если вы чувствуете себя в тупике, из которого трудно выбраться самим, вы, как социальный работник знаете, что иногда совет специалиста может помочь найти выход из, казалось бы, безвыходного положения.

 

1999-2003

 

Все права сохранены за Институтом "А-Шарон".

 

Вы здесь: Home Как лечим Д-р Марк Ройтман